Центр для наркозависимых людей в Крыму

Как это будет

Путь, который должен пройти человек, который хочет «вернуться к жизни».

Сначала поговорим о стигме.

Стигму можно определить как «социальный атрибут, дискредитирующий человека или группу, считающийся своего рода пороком и вызывающий стремление наказать». В процессе стигматизации люди наделяются стереотипными чертами, что создает в отношении к ним атмосферу страха, пренебрежения, недоверия. Получается, что стигма – это что-то вроде клейма или отметины, и именно так это слово звучит в переводе с греческого. В отношении к конкретному человеку оно означает, что какая-либо его проблема становится его «социальным лицом», человека начинают воспринимать именно по этому «лицу» со всеми вытекающими последствиями. Такой своеобразный фейсконтроль.
Неотъемлемыми атрибутами процесса стигматизации являются дискриминация, дискредитация, обесценивание личности и мифы. Основаниями для социального клейма могут выступать принадлежность к этнической или религиозной группе, физические или психические отклонения, «темные» пятна биографии. В нашем случае основанием является наличие проблем, связанных с употреблением психоактивных веществ.

На мой взгляд, к самым страшным последствиям стигмы можно отнести случаи, когда люди, не преодолевшие вышеописанные мифы и стереотипы, по разным причинам решают помогать наркозависимым. Именно так и возникают деструктивные методы помощи, печально известные результаты которых то и дело сотрясают судьбы отдельных людей, их семей и пространство СМИ: псевдонаучные эксперименты над телом и психикой, незаконное лишение свободы, нечеловеческие унижения, физическая и психическая агрессия, зомбирование, трудовая эксплуатация… Применение этих методов в некоторых случаях заканчивается смертельным исходом.
Если же человек перестает употреблять вещества и пытается освободиться от зависимости, то это не означает, что он перестает быть мишенью для стигмы. С началом трезвости последствия стигмы могут разрушиться лишь отчасти, и в основном только внешние проявления. Потому что, когда внешняя жизнь наркозависимого человека начинает налаживаться, «зацепок» для стигматизаторов становится все меньше и меньше. Но долгая подверженность стигме оставляет внутренний след и раны в душе у самого наркозависимого, формируется так называемая «внутренняя» стигма.

Кто-то скажет, что профессионализм не обязывает любить. Но «есть сферы деятельности, где… формальное исполнение обязанностей противопоказано: медицина, психология, педагогика, священнослужение, диакония и волонтерство». В помогающих профессиях профессионализм предполагает наличие хотя бы эмпатии. Если же речь идет о христианском подходе, то будет мало и эмпатии – нужна любовь к человеку. В нашем случае – к наркозависимому.

Безусловно, это трудно – любить человека, который любит только наркотик. Но если мы любим только любящих нас, то можно утверждать, что наша любовь – любовь несовершенная, «картонная», которая не отличает нас от «язычников и мытарей» (Мф. 5:46–47). Отклик с нашей стороны на призыв Господа «будьте совершенны, как совершен Отец ваш Небесный» (Мф. 5:48), может стать движущей силой в расширении жизненного круга нашей любви.

«Церковь смотрит на потребителя наркотиков прежде всего как на человека больного, попавшего в беду и требующего помощи. Он не в меньшей степени, чем остальные, может надеяться на милосердие Божие

Ещё очень важна любовь к ближнему

Каков вывод именно для нас, тех, кто стремится стать и быть помогающими? Ближний – это наш «путь» к Божественной любви. Ближний – наш значимый и неотъемлемый помощник и посредник в деле спасения, в деле обретения и умножения любви. И его близость нам и стремление помогать не должно зависеть от наличия родственных связей или особой расположенности, сердце должно быть готово откликнуться для каждого нуждающегося. Разве у милосердного самарянина было особое расположение к избитому человеку, разве поэтому он откликнулся на его боль и помог ему?
Но как откликнуться? Здесь уже прозвучали слова «поступки», «дела веры». Поговорим об этом подробнее.

Служение – живая практика любви. Итак, откликнуться мы можем, совершая добрые дела, – через них милосердие проявляется вовне, так выражает себя милующее сердце. Добрые дела – это обязанность последователей Христа, подтвержденная примером самого Господа. Такое доброделание называется служением ближнему.

Какие же плоды должно приносить наше служение?
Желанным плодом служения является умножение любви в этом мире. Причем речь идет не только о том, чтобы своим служением как можно больше людей зажечь любовью к Богу и другим людям, но и о стяжании любви в собственном сердце. Дела милосердия – верное средство для этого: как говорил преподобный Амвросий Оптинский, «Если ты находишь, что в тебе нет любви, а желаешь ее иметь, то делай дела любви, хотя сначала без любви». Надо добавить, что сама готовность к служению – это уже признак любви.

Храня в недрах сознания память о прошлом блаженстве и единении с Богом, человек всеми силами стремился преодолеть последствия своего трагического выбора и вернуть утраченный рай. Но все попытки вернуться в полноту Божественной любви и обрести истинное ведение себя и вещей приводили человека лишь к тому, что он вновь и вновь упирался в границы собственной беспомощности, а попытки обрести высший смысл терпели неудачу за неудачей. «Отторгнув человека от Бога, диавол сделал его духовно бессильным… Человек оказался в ситуации, когда спастись без помощи Божией он не мог, но для получения этой помощи он утратил общую благодатную жизнь со своим Создателем. Все люди попали в замкнутый водоворот греха, который засасывал их и низводил в глубины ада»

Помогающий в процессе помощи. Готовность к встрече. Любое взаимодействие начинается со встречи. Так как в нашем случае речь идет о взаимодействии, от которого может зависеть жизнь другого, то этот момент – особенный. Это не просто запланированное и одномоментное мероприятие, это – со-бытие, готовность к участию в жизни другого. Я бы даже рискнул написать ее с большой буквы: Встреча. Если нет Встречи, то нет и помощи.
Готовность к встрече – это состояние нашего сердца, предполагающее открытость и решимость впустить в свою жизнь того, кто нуждается в помощи, чтобы поделиться своим временем, силами, знаниями, милостью (не собой!).

Цель подготовки в том, чтобы смочь осознанно принять ответственное решение и сделать произвольный, а не спонтанный выбор: вступать в процесс помощи или не вступать? помогать или не помогать? Попробуй, читатель, прислушаться к себе и осознать вопросы, которые возникают именно у тебя, волнуют именно тебя.

Возможно, в процессе подготовки ты, читатель, обнаружишь в себе желание начать (или продолжить) этот путь и примешь осознанное решение. Тогда необходимо знать о некоторых важных условиях.

Первое условие – призыв. Еще до того, как человек начинает размышлять о возможности помощи другому, задумываясь о выборе, что-то (или Кто-то) его уже подталкивает к таким размышлениям: кого-то исподволь и ненавязчиво, а кого-то явно и мощно.

Второе условие – это решимость. О значении ее в устроении жизни по Евангелию, в деле спасения говорил преподобный Серафим Саровский. Попробую проиллюстрировать его мысль простой аналогией. Когда спринтер готовится к забегу, команда «На старт!» – это сигнал к выходу на дистанцию, команда «Внимание!» позволяет собраться морально и телесно, команда «Марш!» дает возможность для начала осуществления задуманного. И только энергия решимости спринтера делает возможным достижение цели, пронизывая собой весь процесс от начала и до конца. В этом смысле решимость является несгибаемым намерением достичь цели. Решимость – это и отклик человека на призыв, и сила, которая помогает воплотить этот призыв в жизни.
Еще одно условие – внимательность. Это важное в человеческих отношениях качество, которое связано с умением обращать на другого силы своей души, а также быть чутким к ситуации в целом.

Призыв, внимательность, решимость помогают нашей встрече с реальностью мира другого человека. Но это не конечная точка процесса помощи, а лишь его начало. Во время встреч, бесед, взаимодействия перед помогающим начинает разворачиваться картина жизни другого, которая вызывает массу реакций, помыслов и переживаний. Зачастую для помогающего это момент крушения иллюзий, разрушения идеального образа помощи другому, а главное – идеального образа самого себя и того, кому помогаешь. Вот здесь и начинается работа помогающего над собой и над качеством помощи.

Что именно мы должны преодолевать?
В книге «Основы православной антропологии» протоиерей Вадим Леонов говорит о таких барьерах, препятствующих человеческому общению:

Гордость. Гордый ценит себя выше и более других, поэтому не видит смысла в общении с теми, кто, как ему кажется, по своему положению ниже или недостоин его.

Ненависть. Это состояние парализует возможность общения до такой степени, что не позволяет произнести ни одного доброго слова в адрес ненавистного лица. Тем более препятствует личному диалогу.

Страх. Общение раскрывает личности и в определенном смысле делает их уязвимыми. Часто люди подсознательно защищают свою внутреннюю неприкосновенность через замкнутость. Страх парализует общение. Человек думает, что так он лучше сохранит себя, не замечая, как превращается в застойное болото. Простой рассказ знакомого о своих жизненных трудностях, даже если тот не просит реальной помощи, вызывает испуг. Опыт сопереживания требует усилий, на которые такой человек не способен.

Стыд. Поскольку общение раскрывает внутреннее содержание личностей, а у каждого человека есть много греховного в душе, то страх бесчестия и позора сковывает общение, делает людей неискренними или заставляет переводить разговор на поверхностный уровень.

Лицемерие. В общении люди нередко пытаются изобразить из себя не то, что они есть на самом деле. Стремятся произвести впечатление, создать имидж, то есть иллюзию в сознании другого о себе. Разумеется, рано или поздно эти миражи рушатся, что приводит к разрыву человеческих отношений.

Важно понять, что с духовной точки зрения все указанные барьеры суть проявления гордости. Поэтому для восстановления полноценного общения между людьми необходимо прежде всего побеждать эту страсть.
Слепое общение. Обычно мы только внешне прикасаемся друг к другу и не даем себе труда добраться до подлинной сущности человека. Мы не раскрываем человека с душевной стороны во всей его полноте. Мы встречаемся с Иваном, Петром, Марьей, Дарьей и в большинстве случаев расцениваем их неправильно, рассматривая их чисто внешне. Мы говорим: «Тот симпатичный, а этот нет». Часто, видя какие-нибудь недостатки человека, мы сторонимся его, принимая то, что несущественно для него, за его истинную действительность и не пытаясь даже добраться до сущности, осуждаем его, чем отделяемся друг от друга, не пытаясь преодолеть то, что разделяет нас. …Не преодолевая того, что нас разделяет, мы видим не подлинную жизнь каждого человека, а личину, которую мы неправильно принимаем за действительное! Наша разделенность, наша самость искажает нашу жизнь.

Материал взят из книги Романа Прищенко "Пропадал и нашелся".